ФОРУМ ЗАКРЫТ ДЛЯ РЕГИСТРАЦИИ И ЗАПИСИ 19.04.2015 г.
Вопросы, предложения, пожелания отправляйте на адрес: webmaster@insiderrevelations.ru
Страницы: 1

Волна давления на православную церковь в России, 2012

Кто подсел на антицерковный грант?
Кто подсел на антицерковный грант?

В январе 2012 по сети разлетелось сообщение петербургского священника о. Константина Пархоменко о том, что против Русской Православной Церкви готовится крупная провокация.

О. Константин писал: «Недавно разговаривал со знакомым офицером ФСБ. Он говорит: «Знаете, о. К., сейчас у нас в ФСБ собираются создать отдел, который будет заниматься темой публикаций о Церкви в средствах массовой информации». Спрашиваю, зачем это нужно. Отвечает, что в Россию поступили большие деньги для оплаты заказных статей, дискредитирующих Русскую Православную Церковь, епископат и особенно Патриарха Кирилла… Известны даже суммы, которые каждый получил… Это большие деньги.

Спрашиваю:

– Кто проплачивает этот заказ: Европа или …

– Или».

Последующие события и заметный «разворот темы» в российских СМИ косвенно подтвердили весть о. Константина о поступлении «больших заграничных денег». После того как «деффочки-кощунницы», не имеющие лиц, подрыгали ногами и угодили под арест, разразилась информационная буря, либеральные СМИ пришли в неистовое возбуждение…

Полиглот Юрий Вяземский сделал полезное уточнение: название пресловутой «панк-группы» звучит по-русски как «Прошмандовки». Это на грани цензуры, но зато и лишние вопросы снимает.

И вот русофобствующий сегмент Интернета наполнился визгом и зубовным скрежетом.

Всё структурировалось в доме нечистого…

Список купленных публицистов о. Константином оглашён не был. Тем интереснее понять – «по делам» – кто же подсел на антицерковный грант. А кто ринулся в бой «просто по зову сердца». Последних, верно, больше.

У истоков РГМ (русофобии головного мозга)

Собственно, произошло ожидаемое. Жёлтые газеты, например бесславный неоатеистический «М-комсомолец», прививали презрение к Церкви полтора десятка лет; НТВ, как и иные ТВ-каналы, впрыскивали яд русофобии в зрачки ещё дольше. В богоборческих кругах было придумано выражение – ПГМ (православие головного мозга). «ПГМ», - говорили они со знанием дела о человеке, который вдруг воцерковился.

Агрессия, направленная на Русскую Церковь, как и на всё русское, выплеснулась наружу. Антицерковники всех мастей выскочили из окопов, ринулись в атаку…

Отмашку к подготовке атаки дал ещё в 2010 году прославленный агент западного влияния Владимир Познер.

В одном из т.н. «интервью провинциальному изданию» он провозгласил: «Я думаю, что одна из величайших трагедий для России – принятие православия. Если посмотреть сегодня – ограничимся просто Европой и возьмём христианские страны, – есть три ветви христианства: католицизм, православие и протестантизм. Если оттолкнуться от таких определений, как демократия, качество жизни, уровень жизни, и распределить страны именно по этим показателям, то на первом месте будут именно протестантские страны, все. Потом католические. И лишь потом такие, как Россия, Греция, Болгария и т.д. И это совершенно не случайные вещи, потому что более темной и закрытой религией является православие».

Сербию, разбомбленную его кумирами, Познер разумно не назвал.

Корреспондент ошарашенно интересуется:

– Что значит тёмная? Как может религия быть тёмной?

– Очень легко, - с готовностью отвечает Познер. - Когда люди сжигают себя на кострах, это как? Это светлая, что ли? Это было…

И так далее – известный русофобский суповой набор. О том, что у католиков была огненная инквизиция и что «светлые» протестанты пролили моря крови, Познер никогда не слышал. Не знает он и остроумных слов ревностного протестанта Кромвеля, убившего тысячи людей: «На Бога надейся, но порох держи сухим!»

Провинциальный корреспондент как бы с удивлением спрашивает нашего русофоба-атеиста:

– Неужели у вас нет друзей среди православных священников?

– Нет, конечно, - отвечает Познер. - Они меня не любят…

Тогда, в 2010-м, реально стали обозначаться контуры будущего Евразийского союза, а в перспективе - и спасительное для миллионов его расширение… Вию подняли длинные веки, доходящие до земли, и он ткнул свой железный палец в Православие, закричав своим гномам и упырям: «Вот источник нашего ужаса! Вот русский стержень, грызи его!»

Когда-то «специалист по России» Бжезинский грозил: «Если русские будут настолько глупы, что попробуют восстановить свою империю, они нарвутся на такие конфликты, что Чечня и Афганистан покажутся им пикником».

Угроза, судя по всему, стала реализовываться в актуальном измерении. Фраза Познера, человека тёмного происхождения и ясных задач, заявившего: «Я считаю, что православие явилось тяжелой ношей для России», стала руководством к действию для многих, уже воспитанных в ненависти к исторической России.

Письмо Березовского Патриарху в январе 2012-го, в котором беглый миллиардер, возбуждённо хихикая, предложил Святейшему забрать власть у Путина, стало сигнальной ракетой для атаки. И они поднялись.

Всё навье проснулось

Есть такой жанр – «журналистское расследование». Нечто подобное давайте и мы попробуем исполнить, не претендуя на всеохватность. Метод опробуем. Он прост. Смотрим: прежде человек не был ярым антицерковником, да вдруг воспламенился. Это признак. Причём явный.

Вот Сергей Доренко – «телекиллер иных времён». Совсем недавно, как замечают наблюдатели, был этаким серым хомячком на каком-то радио. Ещё в январе он вполне миролюбиво отнёсся к идее протоиерея о. Всеволода Чаплина создать Православную партию России. Доренко даже и плюс в этом нашёл, мол, православные смогут окультурить тех националистов, которые безгодно толклись на Болотной и Сахарова… Или вот в другом своём эфире Доренко с восхищением обсуждал фото, на котором Чубайс с «Дуняшей» собрались кушать яичницу. Говорил Доренко с теплотой и восторгом так, что в корысти его и заподозрить невозможно, при этом, что характерно, он опять-таки в сторону церкви и зубом ни разу не скрежетнул.

И вдруг – очнулся. Разъярился на Церковь, стал крыть о. Всеволода, поучать Патриарха, а деффочек из группы «Прошмандовки» защищать рьяно, ничего, конечно, не понимая в молитвенном творении, но твердить, что в «ХСС» это у них молитва была такая. Невзоров так научил. О Невзорове мы ещё скажем. А здесь заметим, что у Доренки в заставке его ТВ-передачи так и заскрипели, так и затрещали колёса, словно б только их смазали.

Сам же телекиллер решил предстать на экране в виде этакого выходца из ада: мрачный антураж, железное лицо «а ля Березовский»; голова ж, аки бесовская, во мраке грозно плавает, исторгая словеса злобные.

Наверное, работодателю нравится. Но на самом-то деле как-то не очень это у него убедительно, без улыбки смотреть нельзя: видно, не настоящий, просто клоун, хоть и чёрный. Да и в мрачности вторичен. Есть у них такой «политолог» Белковский, подручный Березовского, тот тоже являет свою физиономию из мрака. Правда, несколько разнообразней, играя тенями от очков и вентилятора, что тоже забавно. Судя по всему, это у них такая мода, видно, подражают кому-то – то ли Познеру (у которого, надо сказать, студийный мрак бесспорней), то ли шефу Познера.

А вот другая фигура – Сергей Минаев. На НТВ он что-то, говорят, успешно ведёт по понедельникам. Недавно, рассказывали, он с душевной мукой на лице переживал за секс-меньшинства, которым на Руси не дают разгуляться. Но от темы не уклонимся. Есть у него ещё некий канал влияния, где можно в прямом эфире говорить матом и потягивать спиртное. Его гости, например, Невзоров, не без восхищения удивляются: у вас и матом можно? Можно, гордо говорит Серёжа. И выпивать можно.

В этом, в минаевском, разряде богоборцев иной подход к теме – глубинный, на уровне кодов. Припомним, что, по учению старцев, одно матерное слово – убийство благодати целого дня. Ну а спирт, как уж давно показано, - толковое генное оружие. Недаром в сериалах на НТВ – надо не надо, хоть менты, хоть бандиты – непременно все глушат пойло. Минаев это вам не глумливые кривляния Белковских-Доренко, «разводящих на бабаки» своих работодателей. Здесь человек, видно, по призванию трудится. При этом нужное заказчику выдаётся из уст гостей, наприме, того же Невзорова, который, как оказалось, с младых ногтей был сексотом, в этой роли и в семинарии учился, готовясь к подрывной карьере, да вот не вытянул в филареты, раскусили и выгнали. Теперь Минаев его расспрашивает, выслушивая традиционные невзоровские гнусности-глупости, силясь оставаться бесстрастным… И не может удержаться, заходится Серёжа в вакуумном восторге, аж складываясь пополам – лицом в колени, прикрывая рот лодочкой двух ладоней…

Нет, это не за деньги. Или не только и не столько. Это изнутри. И таких – по призванию, по бесовскому призванию, развелось немало…

У Юрия Кузнецова в знаменитом «Поединке» есть строчка – «Всё навье проснулось и бьёт по глазам…» Навь – это из славянской мифологии – дух смерти, навье – мертвая кость.

Вот именно, проснулось. Иные давно, прочие намедни...

При этом каждый желает выделиться, перещеголять прочих. Вот некий безумец выскочил на просторы Интернета с манифестом «Безбожник – это звучит гордо!» При этом, вероятно, не подозревая, что ещё полторы тысячи лет назад Иоанн Лествичник, характеризуя гордость как бесовское изобретение и знак бесплодия души, учил: «Гордый подобен яблоку, внутри сгнившему, а снаружи блестящему красотою… Гордый не имеет нужды в бесе; он сам сделался для себя бесом и супостатом...» Этот манифестант в весёлом своём глупом раже приставил к названию оповещение, мол, «публикуется в рамках клеветнической, оплаченной извне кампании против РПЦ». Верим, верим, что бесплатно. Ведь чтоб деньги платили – уровень нужно иметь хоть как у Доренки. Иначе ж никаких заморских капиталов не хватит. Легион вас, борцов с Церковью!

На анонимном информационно-аналитическом портале «Закон и нравственность» недавно был размещён «Всеобщий перечень агрессивных антихристианских ксенофобов и наветчиков». В нём несколько десятков имён. Судя по всему, перечень может быть пополнен.

Конечно, совершенно не исключено, что кто-то из перечня, хоть и тот же Доренко, в свой час покается, прочувствовав и устыдившись себя сегодняшнего до покраснения щёк, до слёз. И тогда, вполне возможно, одна слезинка раскаяния, действительно, может оказаться ценней многих иных современных добродетельных подвигов - бриллиантом в ладони Спасителя.

Неожиданные хулители и защитники

Но есть выпады в адрес Церкви и с неожиданных сторон. Вот у Проханова в «Завтра» вдруг сейчас вышла статья «Господи, вразуми иерархов». Это призыв к священству покаяться в недостаточном понимании красной империи. Но главное – время, когда статья явилась, и – название. Дорогого стоит. Если б такое мелькнуло на исконно русофобском «Эхе-М» или в какой-нибудь либерально-голубой «Новой-Г» - внимания б не привлекло… Но нет, не хочется думать, что «в трудное для газеты время» Проханова подсадили на антицерковный «грант». Однако, и не думая, как-то вдруг вспоминается, что в иные времена его газета охотно пропагандировала взгляды Невзорова, Белковского…

Но и защита приходит – как кому-то покажется – порой с неожиданной стороны.

Владимир Соловьёв, позиционирующий себя как иудей, мужественно подставляет лоб, выступая против клевет на РПЦ, любя Россию и понимая, что без Православия России не быть.

Или вот Жорес Алфёров – атеист и коммунист, не оправдал надежд гламурно-либерального «Дождя», раскрученного для вдохновения болотной слякоти. Дождисты выпустили на академика аж пять своих сотрудников во главе с озадаченным Лобковым. Но академик, как передаёт сайт «Эхо Севера», их урезонил: «У меня очень простое и доброе отношение к РПЦ», потому что «Православная церковь отстаивает единство славян». Жорес Иванович напомнил, что «за последнее два десятилетия славянский мир понёс огромные потери: была разгромлена Югославия, перестал существовать великий триумвират России, Украины и Белоруссии»… Жорес Алфёров также поведал, что у него много друзей среди священников… Лобковская гвардия была смущена.

О клинике духовного кретинизма

Клиническим признаком кретинизма, помимо прочего, является толстая кожа. Духовный кретинизм подобен названному ужасному эндокринному заболеванию.

Люди не чувствуют Бога.

Самое известно изречение Канта: «Две вещи на свете наполняют мою душу священным трепетом – звёздное небо над головой и нравственный закон внутри нас», имеет и чудовищно искривлённое зеркальное отражение.

Иные, не видя присутствия Бога, навязывают своё слепоту народу. Христоборец ХХI века называет веру в Бога пережитком средневековья, а саму Церковь – атавизмом. Мол, в век айфонов - «как можно говорить о Боге?!»

Кроту с ушибленной головой невозможно объяснить, что есть небо и солнце. Крот взбунтуется: не бывает никакого неба, нет никакого солнца!

Духовный кретин традиционно не ощущает ни Бога – ни во вне, ни в себе - ни души своего народа.

В «Бесах» Достоевского Иван Шатов восклицает, обращаясь к будущему убийце: «Знайте наверно, что все те, которые перестают понимать свой народ и теряют с ним свои связи, тотчас же, по мере того, теряют и веру отеческую… Вот почему и вы все и мы все теперь — или гнусные атеисты, или равнодушная, развратная дрянь, и ничего больше!»

Великому роману в нынешнем году 140 лет!

Похоже, без пресечения на законодательном уровне экстремистских проявлений русофобии - не обойтись.

Болезнь духовно толстокожих лечится трудно.

Источник
Архиепископ Гродненский Артемий: Христианство — самая неудобная для человека религия

В чем разница между нами и первыми христианами? Что Христос обещает тем, кто последовал за Ним? Кто сейчас представляет реальную угрозу Церкви? На эти и другие вопросы отвечает архиепископ Гродненский Артемий.

- Ваше Высокопреосвященство, вся Церковь недавно отмечала день Крещения Руси. Что получили наши народы, решившись более чем 1000 лет назад следовать за Христом?


Мы все получили возможность усыновления Богу. Другими словами, мы получили возможность спасения. Но спасение сегодня часто понимается совсем не по-христиански. Крещение отнюдь не сулит избавление от трудностей, неприятностей, не обещает государственное процветание. Христос нигде в Евангелии не обещает нам комфорта, сытости, стабильности и спокойствия.

Парадокс, но самым верным Своим ученикам Он обещает самые страшные мучения. Он говорит, что всех, решившихся следовать за Ним, ждут проблемы. Поэтому все те, кто надеются с принятием Христа начать жить как в сказке, вынуждены будут разочароваться. Христианство — это самая дискомфортная, самая неудобная для человека религия.

Но в этом нет ничего печального или мрачного. Мрачным все это кажется только для тех, кто хоть и крестился, но все еще остался в прежней системе ценностей. Настоящие же христиане никогда не испытывали горя от всех тех гонений, которые на них обрушивались. Наоборот, они шли на них как на праздник, с улыбкой и сердечным весельем.

Казнят одного христианина – прибегает другой и просит его тоже казнить. Удивительно! Для обычного сознания это невероятно, это вопиющий абсурд. Но христианство как раз таки и принесло это новое сознание. Христианство принесло в мир невероятную свободу.

Тот комфорт, который все так ищут сегодня, в конечном счете, превращает человека в раба. Он ужасно боится с ним расстаться и пойдет на все, чтобы этого не случилось. Христианина же невозможно ничем напугать. Это самый неуправляемый человек в хорошем смысле этого слова. Людьми обычно управляют, играя на их ценностях. Но у христиан только одна Ценность, которую никто у них не отнимет – это Сам Христос.

В моей жизни было множество паломнических поездок, но самое глубокое впечатление оставил Рим. Правда, не собор св. Петра, а древние римские катакомбы. Помню, как гид говорил, что эти пещеры простираются на расстояние 600 километров. Только представьте: 600 километров гробов всех тех, кто отдал свои жизни за Христа!

А сегодня христиане, наоборот, очень часто ищут какого-то земного благополучия, требуют к себе уважения и почета. Мы ставим свечи, вычитываем целиком молитвословы, чтобы «все было хорошо». Вся эта атрибутика, исполнение всех этих предписаний видится нами как некий гарант защищенности от жизненных проблем.

Это очень успокаивает, я бы даже сказал, убаюкивает. И под эти елейно-заунывные песнопения наша совесть потихоньку засыпает и забывает, что христианство — это постоянное напряжение, постоянная работа над собой, за которую никто внешний не похвалит.

С этой ситуацией нужно что-то делать. Конечно, второго крещения, как и второго рождения, не бывает. Зато бывает реанимация, когда человек оказывается в критической ситуации между жизни и смертью и в ходе оперативных действий врачей вновь возвращается к нормальному состоянию.

- А как Вы оцениваете жизнь Церкви последних 20-ти лет? Реанимация после серьезной болезни общества коммунизмом удалась?

Я не думаю, что этот процесс завершен, и сегодня уже можно давать какие-то глобальные оценки этим двум десятилетиям как пройденному этапу возрождения. Мы скорее находимся в ситуации, когда для анализа следует собирать оперативную информацию, чтобы скорректировать свой план действий. Ведь, если уж оставаться в рамках этой метафоры, то, несмотря на множество положительных моментов, на сегодняшний день у «пациента» наблюдается и ряд осложнений.

И, в первую очередь, они связаны все с той же блаженной успокоенностью христиан, о которой я уже говорил. Прекращение гонений на Церковь, ее выход из подполья ее же во многом и расслабил. Многие священники забыли, что они являются в первую очередь пастырями, а не требоисполнителями.

Многие миряне забыли, что Церковь — это нечто большее, чем «бюро ритуальных услуг», что все то, о чем мы так усердно ставим свечи — здоровье, благополучие, деньги, успех и т.д. – все это не является ценностью для христианина, и ничего из этого нам не обещал Христос.

В конечном итоге это способствует тому, что религия уже воспринимается не как живое общение с Богом, но либо как часть культуры, либо как национальная идея. Нечто подобное было накануне революции. Если христиане не могут сами поддерживать себя в трезвении, им это помогают сделать более радикальными способами.

Вот об этой трезвости нам следует позаботиться. А точнее, уже новому поколению священников и самих христиан. Пусть их будет немного, пусть в каждом городе их будет хотя бы 12, но настоящих христиан, и этой закваски будет достаточно чтобы поднять все тесто.

- Владыка, не секрет, что в обществе сегодня развернута широкая антицерковная кампания. Как на это реагировать? Как с этим бороться христианам?

Во-первых, не секрет, что эта кампания развернута далеко не сегодня, а с самого момента рождения Церкви. И масштаб ее намного более эпичен, нежели беснование у алтаря четырех девиц.

У нас в Церкви своих проблем хватает помимо плясок на амвоне. Эти девочки просто пустое место по сравнению с нашими собственными церковными кликушами. И вот как раз о них никто не говорит, хотя они разрушают Церковь изнутри.

Они приходят и говорят, что архиерей — это никто, что он не настоящий, батюшка тоже не такой, и вообще в церковь нельзя ходить. В конечном итоге они находят себе «старичка» и вместе с ним смущают нормальных, адекватных верующих.

Вот это проблема. А с этими девушками нет проблем. Здесь все ясно, все на ладони. Они просто хотели показать себя. Герострат тоже сжег храм Артемиды, но не потому, что он был ярым противником язычества, а ради славы. Мне даже самого себя порой приходится одергивать, когда я пытаюсь что-либо сделать для Церкви: главная мысль у меня какая — самовыражение или реальная польза моей Церкви?

И этим девочкам таким специфическим способом тоже захотелось самовыразиться. Поэтому и реакция на них однозначная – отрицательная. А вот с этими кликушами не все так просто. Они все-таки действуют от имени Церкви, как бы во благо. И этот подвох не каждый разгадает.

Что же касается информационной шумихи последних месяцев, то всем нужно помнить, что Церковь — это не только епископы и священники. Церковь — это все христиане. Поэтому когда ругают Церковь, ругают не просто бородатых людей в рясах, а каждого христианина. И, следовательно, ответственны за это тоже все вместе.

Будет весьма удивительным, если те, кто называют себя православными, станут просто сидеть перед телевизором и сетовать: «Где же наша иерархия? Пускай бы хоть кто-нибудь высказался».

Кто такой епископ? Это просто надзиратель, не более. Он может как-то тактически управлять ситуацией, но сами христиане должны быть активны. Ну а то, каким образом мы должны отвечать на все эти выпады, хорошо известно всем нам из Евангелия. И мне к этому нечего добавить.

Источник

Хочу специально отметить вот эти слова:
Тот комфорт, который все так ищут сегодня, в конечном счете, превращает человека в раба. Он ужасно боится с ним расстаться и пойдет на все, чтобы этого не случилось. Христианина же невозможно ничем напугать. Это самый неуправляемый человек в хорошем смысле этого слова. Людьми обычно управляют, играя на их ценностях. Но у христиан только одна Ценность, которую никто у них не отнимет – это Сам Христос.

Это действительно так, это правда в отношении настоящих христиан. Они гораздо устойчивее к негативному воздействию Матрицы: они пишут многочисленные заявления, спасая своих детей от навязываемых прививок, они, несмотря на занятость (большинство многодетные) даже ходя на митинги против чипизации и ювенальной юстиции, они вообще гораздо устойчивее к манипуляциям... Да и телевизоров не смотрят. Такие люди имеют четкие точки опоры и стойкие внутренние ориентиры, из-за которых их не просто превратить в управляемых "потребителей". Остается рушить гору целиком, что, собственно и происходит.
Правозащитники подали на патриарха Кирилла в церковный суд

Общество защиты прав потребителей «Общественный контроль» и лично председатель организации Михаил Аншаков пожаловалось на патриарха Кирилла в суд Архиерейского собора. Защитники прав потребителей сочли, что в их компетенции указать высшему церковному суду на недостатки главы церкви.

В частности, патриарха обвиняют в лихоимстве и нарушении 10-го правила IV Вселенского собора: «Епископ, или пресвитер, или диакон, взимающий лихвы, или так именуемыя сотыя, или да престанет, или да будет извержен». В качестве примера лихоимства правозащитники приводят присуждение компенсации в размере 19 млн рублей в качестве возмещения ущерба, причиненного квартире Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, Замоскворецким судом г. Москвы. Также, по мнению обвинителей, глава Церкви нарушает 76-е правило X Вселенского собора и виновен «в торговле в доме Божием».

«Общеизвестно, что в настоящее время торговля в храмах Русской православной церкви, как в здании самого храма, так и за его пределами, но в пределах церковной ограды, получила повсеместное распространение. Торговля осуществляется как предметами религиозного назначения, так и сувенирами для туристов, ювелирными украшениями, а также иногда продуктами питания (снедью) — выпечкой, медом, вином и т.п. Самым ярким примером может служить торговля в храме Христа Спасителя, фактически являющемся бизнес-центром. На территории храма располагаются две церковные лавки, находящиеся в ведении подворья Патриарха Московского и всея Руси, где ведется торговля сувенирами для туристов, ювелирными украшениями, товарами народного потребления», — приводят свои доводы обвинители в обращении к суду Архиерейского собора.

Также, по мнению общественников, патриарх Кирилл виновен «в участии в трапезах братолюбия» (имеются в виду банкеты, проводимые в залах Храма Христа Спасителя), «в стремлении к роскоши» (в качестве доказательства выступают публикации о часах Breguet, принадлежащих главе РПЦ).

Кроме того, общественники подозревают главу православной Церкви в проживании в доме с женщиной, не являющейся матерью, сестрой или теткой, и упрекают патриарха Кирилла в том, что он принял духовный сан слишком рано — в 22 года, тогда как правило VI Вселенского собора требует рукополагать священника не раньше 30 лет. Защитники прав потребителей требуют не только лишить патриарха Кирилла сана, но и отлучить его от Церкви.

Источник
Самое печальное, по моему, это не то что церковь оскверняют и людьми манипулируют, а то что люди не могут думать собственной головой. Ведь "грешки" имеются с обеих сторон, а они видят только то что им показывают..
Дорога перемен
Под властью ментального вируса, или Как отличить вброс от новости

Череду скандальных новостей о Русской Православной Церкви одни считают централизованной информационной атакой, другие — естественным ходом событий. Об этом можно долго дискутировать, а можно просто взять и обратиться к фактам и цифрам: проанализировать все интернет-публикации по конкретной скандальной теме и проследить, как новость возникла и какой путь прошла, пока не стала повсеместно обсуждаемой. Такую работу провел Игорь Ашманов — генеральный директор компании «Ашманов и партнеры», известный специалист в области искусственного интеллекта и интернет-технологий.


Ментальный вирус

— Скандальные новости о Рус­ской Право­славной Цер­кви — как их оценивать с точки зрения ин­тернет-технологий: это информационная атака или просто множество реальных информационных поводов?

— Конечно, это информационная атака. Есть технологии мониторинга новостей, которые позволяют «поверить ее алгеброй». Налицо много характерных признаков того, что постоянная публикация скандальных новостей про Русскую Православную Церковь и Патриарха — это не естественные события, которые интересуют всех сами по себе, а «новости», искусственно раскрученные. Вбросы. Конечно, наличие некоторого признака или фактора у новости само по себе не стопроцентное доказательство, но когда их набирается несколько, картина становится вполне ясной…

— Что это за факторы?

— Прежде всего, надо сразу оговориться, что хорошо организованные вбросы и кампании по очернению выглядят совершенно естественно, и их невозможно обнаружить автоматическим анализом — нужно разбираться с достоверностью самих сообщений. Однако в кампании наподобие той, которая ведется против Русской Православной Церкви, много и довольно топорных, механических вбросов. Вот их распознать автоматически можно.

На вброс указывает, во-первых, сам характер новости. Примерно половина всех зимних и весенних инфоповодов, которые использовались для наезда на Церковь, это — «тухляк», новости двух-трехлетней давности. Например, тема часов Патриарха, всплывшая в апреле. Это история, которую пыталась впервые раскрутить «Украинская правда» три года назад, во время визита Патриарха на Украину. Или тема с «квартирой Патриарха»: первое упоминание о ней — двухлетней давности. То же самое — история про пансионат, который Церковь якобы отнимает у больных детей. Мало того, что все переврано, так сама история опять же старая. Тогда это было новостью, сейчас — уже нет. Но организаторам кампании каждые две-три недели нужен новый выпад в сторону Церкви или лично Патриарха. Часто Церковь, как очень большой коллектив, состоящий из разных людей, сама производит нужный повод (происшествия со священниками, например), однако это бывает не всегда. Поэтому раз не нашли ничего нового — раскапываем архивы, выводим в топ «тухляк». Переупаковываем, делаем актуальным и вбрасываем.

Второй признак вброса — это характер распространения. Суточный график освещения в Интернете естественного события, связанного с Церковью, — например, Пасхи или визита Патриарха в другую страну — обычно выглядит как хаотическая череда всплесков (см. график 1): много разных авторов из разных мест пишут разные вещи в разное время. А вот суточный график вброса — очень острый (см. график 2). Механический вброс выглядит как резкий пик, то есть много «авторов» перепубликовывают практически одно и то же и, что самое интересное, зачастую в одно и то же время.

Иногда вбросы происходят либо строго в 9:00, либо строго в 15:00. Эта топорность меня поражает больше всего. Я так и вижу схему работы: всю подготовку по девятичасовому вбросу провели накануне — поездили по кафе в центре Москвы, раздали деньги блогерам, созвонились, списались и т. д. Утром прислали текст, дали команду начинать. Либо всё сделали перед обедом — и тогда вброс происходит в три часа дня.

Показательно еще и то, как выглядит кампания, то есть множественные вбросы на графике, не за сутки, а по неделям: они образуют этакую волнистую «полочку» (см. график 4), то есть, как только один инфоповод себя изживает (кривая на графике опускается), нужно тут же выдавать следующий.

Еще один характерный признак вброса — отношение количества перепечаток и оригиналов. То есть сколько в относительном выражении было авторских сообщений о том или ином событии, а сколько — просто копий. У нас в компании есть технология, позволяющая выявлять даже нечеткие перепечатки, когда блогер берет первоисточник, меняет там абзацы местами, добавляет несколько слов и формулировок, то есть выдает статью за авторский текст. Так вот, у вброса оригиналов очень мало. Основное — это дубли и нечеткие дубли (см. график 2).

А у естественного события оригиналов — много (см. график 1). Оно и понятно: у естественного события значимость высокая, ее не нужно искусственно создавать, поэтому про него пишут много разных корреспондентов, не знакомых друг с другом, и каждый — своими словами. И каждая из этих авторских публикаций с точки зрения интернет-поисковика — отдельное медийное событие. А у вброса — оригиналов один-два, много — три-пять. И много-много копий (см. графики 1 и 2).

Обсуждение в блогах и соцсетях в течение одного дня:





Наконец, еще один признак вброса — это характер аккаунта в социальной сети, из которого исходит оригинальное сообщение. Очень часто вброс начинается с малопопулярных аккаунтов. Например, есть некая девочка в соцсети «Вконтакте» — вешает фотографии кошечек, цветочки и т. д. Довольно долго — несколько месяцев — изображает реальный аккаунт. И вдруг здесь же появляется нехарактерный, длинный, очень эмоциональный текст про то, что ее папа сейчас якобы находится в Крымске на совещании и что там тысячи трупов, а власть ничего не делает... Это копируется всеми и всюду. А после этого через четыре часа аккаунт сам собой закрывается.

Почему все это признаки вброса? Потому что если этот аккаунт малопопулярен, но за несколько часов провоцирует резкий взрыв интереса — значит, узнать о нем средствами этой же социальной сети было невозможно. Как — если у этой девочки не так уж много друзей? Получается, на эту страничку указали исполнителям средствами, внешними для этой социальной сети: опять-таки созвонились, списались, вбросили ссылку в другую соцсеть и т. д.

Последний этап вброса — отмывка в СМИ. Информационные интернет-ресурсы через два-три часа подхватывают историю и делают новость, которая начинается словами: «В Интернете пишут, что…». Это вообще любопытно — за последние несколько лет выковался новый способ, как снять со СМИ ответственность: раньше считалось необходимым проверять источники информации, а сейчас это не требуется, дескать, «это же люди в Интернете пишут, а мы, СМИ, всего лишь перепечатываем». Так вброшенный инфоповод раскручивается в интернет-СМИ. А потом, если повезет, дотягивает до популярных газет и телевидения.

На основе всех этих признаков кампанию против Патриарха Кирилла и Русской Православной Церкви можно считать классической информационной атакой.

— Но есть же и другая проблема: некие анонимные блогеры новость вбросили, вот только потом-то в соцсетях ее подхватывают вполне реальные люди, причем неглупые — твои знакомые, и начинают обсуждать, рефлексируют, делают выводы…

— Я это явление называю ментальным вирусом. Мы все этому подвержены. Я вспоминаю один эпизод периода перестройки. На Пушкинской площади возле редакции «Московских новостей» сотнями, а иногда тысячами собирались люди, которые непрерывно обсуждали политику. Часами стояли на морозе, под дождем… Но как обсуждали? Они бурно пересказывали друг другу то, что только что прочитали в газете или посмотрели по телевизору: разоблачаем Сталина, выбрали Верховный Совет СССР, академика Сахарова не пустили к трибуне… И это было похоже на какую-то лихорадку, на чуму! Говорят, так было не только в Москве.

Сейчас происходит то же самое — только в Интернете. В данном случае — люди пересказывают друг другу, что плохого они только что узнали о Церкви. Это самый настоящий ментальный вирус. Почему? Во-первых, он провоцирует болезнь, ее главное проявление — это страшная возбудимость на любую, совершенно любую новость по теме. А во-вторых, человек в такой ситуации говорит штампами: он подает это как собственное мнение, но, если разобраться, просто повторяет то, что только что услышал от другого, с той же аргументацией, с теми же выводами. Это естественно — ведь вирус должен сам себя постоянно одинаково воспроизводить. Если вирус модифицировать, он не может распространяться — он мутирует и угасает.

— А что бы Вы посоветовали церковному человеку, который читает все это — и ему от этого плохо? Уйти из соцсети и быть не в ногу со временем?

— Я рецептов не знаю. Могу сказать одно: не надо путать понятие «среднего» и «нормы». Условный пример: в Японии среднее зрение — минус три. Но это же не значит, что такое зрение — нормальное. Норма — это стопроцентное зрение. Здесь то же самое. Из того, что все друзья и знакомые сидят в соцсети, не вытекает, что это нормально.

Обсуждение в блогах и соцсетях в течение двух недель:





Эмигранты из Православия

— Зачастую Церковь критикуют люди вообще нецерковные, сторонние…

— Да, это мне кажется особенно любопытным. Я читал блоги знакомых — и не мог понять, почему человек, причисляющий себя, например, к атеистам, подхватывает любую новость о том, что такого-то священника уличили в том-то, что Церковь что-то у кого-то отобрала. Я несколько раз влезал в разговоры, пытаясь сказать: «Послушай, ты же не «член клуба», не все ли тебе равно?»

Пробовал объяснить, что это интеллигентское ханжество: дескать, сам я не верю, в Церкви ни разу не был, сам делать могу что угодно, но раз вы назвались верующими, вы должны быть более праведными, и раз ты священник, я могу от тебя чего-то требовать… С чего вдруг? Причем аргументы моих собеседников мне казались малоубедительными: «Церковь лезет в мое светское пространство, включаю телевизор — там поп, и меня это раздражает». Я в ответ на это предлагаю взять программу передач и просто посчитать, сколько в ней православных программ в неделю. Один мой знакомый написал в своем блоге, что больше всего в Церкви его «выбешивает» колокольный звон возле дома. На это ему кто-то иронично заметил, что со звоном так и задумано: специально для этого и звонят…

Я задавался вопросом, почему же люди так легко и с удовольствием на Церковь раздражаются. И вдруг понял, что нечто похожее в свое время наблюдал в среде эмигрантов. Это называлось «накрутка на отъезд». Например, собирается программист эмигрировать из России в США — и задолго до отъезда на каждой встрече, на каждом семинаре вместо того, чтобы говорить о программировании, начинает говорить о том, как все ужасно, к чему все катится в этой стране. Каждый, кто собирался уезжать, должен был постоянно это проговаривать — чтобы «накрутить» самого себя, убедить знакомых и друзей в правильности своего решения, добиться ото всех сочувствия — а окружающие просто страдали от загрязнения эфира. Но уехав, он не успокаивался — вылезал на русские интернет-форумы и продолжал уже из-за океана ту же самую «накрутку». Доказывал, что уехал не зря: мол, у меня дом на море, лужайка, гриль, все умные уже тут, в России остались только идиоты.

Так вот, когда я сегодня читаю, как неверующие компьютерщики, бизнесмены-агностики или кто-то еще непрерывно публикуют у себя на страницах новости про Церковь, которые, казалось бы, их не касаются, — мне все это очень напоминает эмигрантскую накрутку из-за океана. Потому что после семидесятилетнего советского периода все мы в какой-то степени — эмигранты из Православия. Разница только в том, что за границу люди уезжают сами, а из Православия нас выкинуло поневоле. При этом в нашей стране плоскость в каком-то смысле наклонена к христианству: под ногами как будто течение, которое ведет туда. Можно за ним последовать, можно упереться. Но всё как будто подталкивает к тому, чтобы все-таки двинуться в сторону Православия: это сердцевина культуры, родственники и друзья носят крестики, вокруг много храмов.

И эмигрант из Православия чувствует, что по-хорошему он должен был бы во всем этом разобраться, что-то почитать, что-то узнать об истории, понять, почему умные приличные люди — православные. Но ему этого не хочется — и он начинает себя «накручивать»: как в Церкви все ужасно, и как правильно, что он остается в стороне. Ему дают инфоповод, и он с удовольствием по утрам садится за компьютер, чтобы поужасаться: мол, у попов все по-прежнему плохо, а значит, еще на день можно успокоиться и об этом не думать.

— А как Вам кажется, почему люди сопротивляются тому, чтобы вернуться из эмиграции в Православие?

— Я всю жизнь работаю в среде программистов, и могу говорить о том, что характерно для нее. Как правило, путь к удовлетворению мистической потребности тут начинается с мистических и эзотерических практик. И довольно многие в этом и застревают. Мне понятно почему — из-за своего рода интеллектуальной новизны. Евангельские притчи, выросшие из Евангелия поговорки — все это фон, с которым мы живем, привыкли и не замечаем. Мистика — это что-то неизведанное. А программист — это человек, который любит «ум-разум», любит разобраться и понять что-то сложное. Поэтому интеллектуальная новизна для него притягательна. Ему нравится, когда говорят: то, что ты знаешь, не очень интересно, а мы сейчас тебе расскажем то, чего другие не понимают. Оно — сложное, придется напрячься и подумать. Но зато ты станешь круче всех. А он только что сто экзаменов в университете за пять лет сдал и пять языков программирования выучил. Его все это цепляет.

Более того. Все мистические учения говорят по сути следующее: все люди вокруг скоты и лохи, но существует Путь (непременно с большой буквы), по нему идут Избранные, и ты можешь быть среди них, но тебе нужен Учитель (тоже с большой буквы), в конце пути ты обретешь силу и станешь лучше людей-лохов. По сути это — просто соблазн. Но программисту это напоминает работу с технической инструкцией: есть люди, которые умеют то, чего ты не умеешь, тебе это нужно для профессии, читай инструкцию, тренируйся и тоже будешь все знать.

— Но ведь инструкция в каком-то смысле есть и в христианстве: все люди грешны, но есть путь преодоления грехов — покаяние, и по этому пути не пройдешь без Учителя — Христа. В чем же тут принципиальная разница?

— На мой взгляд, вот в чем. Хотя сектанты и эзотерики вначале какое-то время действительно говорят человеку о его несовершенстве и даже унижают, они потом очень быстро начинают хвалить и работать с его гордыней. Таким учениям свойственно разделение людей на категории, наподобие каст в индуизме. И тот, кто преподносит учение, всегда — само собой — в высшей категории. И тебя обещает в нее привести. А христианство устроено принципиально иначе. Никто не обещает тебе святость. Христианство — это что-то, что заставляет тебя чувствовать себя недостойным перед Богом каждый день.

Но это я сейчас понимаю. Раньше, когда в молодости увлекался восточными религиями, я этого не понимал.

— А что Вас в итоге привело к христианству?

— Во-первых, наверное, сложность, ум-разум. Я же тоже был программистом, закончил мехмат. Когда начал читать христианские книжки — «Просто христианство», «Письма Баламута» Льюиса, «Слово о смерти» святителя Игнатия Брянчанинова, отца Серафима (Роуза) — я вдруг обнаружил, что это сложнее и умнее всей «восточной» духовной литературы вместе взятой, которую я читал раньше. А во-вторых, в христианстве меня поразила красота. Знаете, мои дети много раз смотрели «Гарри Поттера». Я им не запрещаю — пускай там магия, но все-таки четко расставлены акценты, где добро, а где зло. Но потом начинаешь смотреть «Хроники Нарнии» и вдруг видишь, что «Гарри Поттер» — это какое-то мутное бегание по каким-то темным помещениям с какими-то странными задачками. А «Хроники Нарнии» — это открытый сверкающий мир с ясным сообщением зрителю. С христианством у меня было то же самое. Я ощутил, что, по сравнению с восточными религиями с их пессимизмом и тягостными отношениями человека и мира, от христианства исходит свет.

Источник
Те, кто "гонят" на Православие в частности и Христианство в целом просто не понимают, чем оно является на самом деле. Христианство одно из звеньев, соединяющих Мудрых прошлого и настоящего. Христианство,Каббала,Герметизм,Греческая школа,Египет,Шумеры..это всё звенья,имеющие свои подзвенья, одной Золотой непрерывной Цепи.
С Уважением
Страницы: 1