:Обыкновенный глобализм
Прорабы глобализации последовательно ведут мир по «дорожной карте» к конечной точке маршрута — их всемирному доминированию
Накануне весенних мероприятий Международного валютного фонда и Всемирного банка в Вашингтоне лондонская газета Financial Times и институт Брукингса (США) обнародовали результаты своего совместного исследования, посвященного состоянию мировой экономики. Радоваться нечему — констатируют эксперты.
Очередной индекс TIGER (Tracking Indices for the Global Economic Recovery), рассчитываемый совместно FT и институтом Брукингса, показывает, что выздоровление мировой экономики по-прежнему под большим вопросом — и это несмотря на все те усилия, которые совершают центральные банки всего мира в надежде подстегнуть спрос. Мировая экономика «не в состоянии оторваться от земли», считает профессор Эсвар Прасад из института Брукингса. Статистика по итогам первого квартала противоречивая. Ситуация в высшей степени неопределенная. Одним словом, хаос продолжается. Но, как говорили древние, даже в хаосе есть свой внутренний порядок и смысл. По всей видимости, есть свои закономерности и в развитии нынешней кризисной ситуации.
Проект века
«Глобализация затеяна не для того, чтобы заводить друзей или кому-то нравиться». Эти слова, принадлежащие одному из высокопоставленных представителей администрации президента Соединенных Штатов Америки, были произнесены десять лет назад. Однако со временем они не только не потеряли остроты своего содержания, но в свете, контексте и формате кризиса приобрели новые смысловые оттенки.
К глобальной концентрации политико-экономического влияния англосаксонское ядро западного мира стремилось давно. При осуществлении проекта в ход шли самые разные инструменты, обеспечивающие достижение успеха. От неистовой борьбы с революционными и любыми другими инакомыслящими и инакодействующими режимами, ограничивающими расширение «свободных», а по сути дела, жестко контролируемых транснациональными корпорациями рынков, и до создания всевозможных наднациональных и международных структур типа Евросоюза, ВТО, МВФ, Всемирного банка и т.п. Неключевые участники всех этих структур и организаций, разными способами вовлеченные в них, являются лишь азартными игроками, но не получателями главного приза в этой глобальной игре, поскольку «казино всегда выигрывает».
О простых смертных разговор, понятное дело, вообще не идет. Характерный пример. В своей инаугурационной речи, произнесенной на ступенях Капитолия в январе нынешнего года, избранный на второй срок Барак Обама прямо заявил: «Мы должны продвигать демократические ценности от Азии до Африки и от американского континента до Ближнего Востока». Вопросом, хотят ли этого продвижения жители указанных и не указанных регионов, континентов и стран, новый-старый президент США не озаботил ни себя, ни присутствующих. Странно? Совсем нет. Взглянем еще раз на слова представителя администрации Белого дома — и все встанет на свои места. Ведь так называемые «демократические ценности» являются одним из главных «троянских коней», активно используемых для ускорения продвижения глобального проекта. Второй рысак в троянской упряжке — неолиберализм. Ведь неолиберальная теория и практика предусматривают максимальное расширение и углубление процессов либерализации, при которых функции государства (прежде всего экономические, а за ними и все остальные) должны ослабнуть как можно больше. В результате чего государство окажется не в состоянии регулировать свои внутринациональные процессы. А кто тогда будет их регулировать? Правильно — авторы и организаторы глобального проекта.
Для дальнейшего развития и вольготного существования им нужен контроль над основными жизненно важными природными ресурсами, рынками (в первую очередь валютно-финансовыми и сырьевыми), транспортнокоммуникационными артериями, инновационными и творческопоисковыми процессами как в технологической, так и в гуманитарной сфере, элитами, представляющими интересы государств и регионов. Если все происходящее в последние десятилетия рассмотреть через призму данных задач, то многое из случившегося, в том числе и в нашей стране, становится вполне логичным, простым и понятным. А если вслушаться в слова Обамы и посмотреть на последние макроэкономические данные, то и кризис предстает вполне логичной главой глобального бестселлера.
Кто в выигрыше?
«Мы будем действовать, — говорит президент Соединенных Штатов, — для того, чтобы заложить новый фундамент для роста». Для роста кого? Понятное дело не того, кого при помощи штыков или кредитов МВФ интегрируют в глобальный проект. Примеры Ирака, Югославии, Ливии, Сирии и других красноречиво свидетельствуют, в чьих интересах идет процесс и кто получает от него максимальную выгоду.
Евроинтеграция, являющаяся важнейшей составной частью глобального проекта, в меньшей степени, но при тщательном анализе также наглядно демонстрирует основных выгодополучателей. «Есть огромная политическая воля удерживать этот проект, даже если он был изначально ошибочен», — полагает основатель Saxo Bank Ларс Кристенсен. «Уже сейчас часть важнейших решений принимается без всяких голосований, принимается людьми, которых никто не выбирал. Европа движется в очень плохом направлении, в направлении полутоталитарного общества. Это происходит под лозунгом «Больше ЕС, больше единой Европы, которую надо защитить любой ценой». Это определенно не работает, но политики продолжают делать то, что не работает. У них один ответ на все: нужно делать больше. Они делают больше, но от этого всем становится хуже», — делает вывод господин Кристенсен.
Очевидно не всем, иначе бы не делали. Да и ошибочен ли проект — это с чьей точки зрения смотреть. Возьмем, к примеру, те же США, которые, кстати сказать, отчего-то ни разу официально и жестко не покритиковали европейских интеграторов, что бы те ни предпринимали и насколько антирыночно и антидемократично бы это ни выглядело. Они на фоне всего происходящего в объединенной Европе чувствуют себя совсем даже неплохо. Так, совокупный объем прибыли американских компаний по итогам 2012 года составил 12,4% относительно ВВП США, что является рекордным максимумом за последние 70 лет. И это не случайный, «одноразовый» успех, а поступательное движение. В 2011 году показатель достигал рекордной отметки 12,1%.
Еще два любопытных примера. 12 апреля нынешнего года крупнейший в США банк по размеру активов JPMorgan Chase & Co. объявил о том, что его чистая прибыль по итогам первого квартала выросла на 32,6% и составила 6,529 млрд долларов. И это тоже не вдруг. Банк демонстрирует позитивные результаты третий год подряд. Рекордную чистую прибыль по итогам прошлого года получило и одно из крупнейших американских ипотечных агентств Fannie Mae, действия которого вместе с Freddie Mac «неожиданно для всех» привели к надуванию «пузыря» на рынке недвижимости, который взорвался в 2007 году и привел впоследствии к глобальному финансовому кризису. Она составила 17,2 млрд долларов. Заметим, эти две крупнейшие «конторы» ничего не производят, а общий и частный рекордный прибыльный рост идет на фоне активных разговоров о трудностях и медленности восстановления американской экономики. Причем представители официального Вашингтона эти разговоры не то что никак не пресекают или опровергают, но и как будто сами инициируют, остужая пыл национально ориентированных, радикально настроенных на борьбу с кризисом функционеров, экономистов и общественных деятелей в других странах. Реально же, по словам старшего аналитика Национального рейтингового агентства Максима Васина, «американские компании сейчас довольно сильны и не испытывают проблем ни с инвестициями, ни с кредитной нагрузкой, ни с ростом рентабельности». Это признает и Минэкономразвития РФ. В опубликованном 1 апреля мониторинге министерство констатирует: «США укрепляются как лидер роста». Иностранцы скупают гособлигации США рекордными темпами. Согласно опубликованной в середине апреля статистике минфина Соединенных Штатов, сейчас у них на руках американских долговых бумаг на 5 трлн 660 млрд долларов. Это, как и прибыли компаний, — исторический максимум.
А кто в проигрыше?
В то же самое время еврозона остается эпицентром нестабильности, Китай, борясь со все новыми перекосами, заметно притормаживает (рост экономики КНР замедлился в первом квартале до 7,7% в годовом исчислении с 7,9% в четвертом квартале 2012 года), Япония пытается малопродуктивными финансовыми инъекциями завести свою экономику, Южная Корея идет тем же путем, выделяя 15,4 млрд долларов на поддержку растущей самыми медленными темпами с 2009 года экономики, Россия все больше скатывается в рецессию.
«Мы пока еще не в рецессии, но можем туда попасть. Риск такой есть. Я думаю, к осени, если роста не будет», — заявил в апреле министр экономического развития Андрей Белоусов. Темпы роста промышленного производства замедляются (а в последние месяцы стали отрицательными), кредитная и инвестиционная активность сжимается, а макроэкономическая картина в российской экономике в последнее время вынуждает проводить определенные параллели с критической ситуацией, в которой оказались экономика и фондовый рынок на рубеже 2008–2009 годов. Негатива добавляют дешевеющая нефть и отток как отечественного капитала, так и средств международных фондов, ориентированных на инвестиции в Россию. Основными действующими лицами на рынке российских акций по-прежнему остаются краткосрочные спекулянты. Граждане страны все больше залезают в долги. Их общая задолженность перед банками уже достигла 7 трлн 700 млрд рублей. Четвертая часть всех трат россиян осуществляется за счет кредитов. Глобализация по написанному в далеких пределах и «спущенному сверху» сценарию делает свое дело. Жить в долг становится нормой. Вопросом, что будет дальше, похоже, никто особенно себя не утруждает. Между тем если накопившуюся и продолжающую расти сумму задолженности разделить на все трудоспособное население страны, то получится, что каждый из нас уже должен банкам по 100 тыс. рублей. И это далеко не предел. Центробанк прогнозирует в этом году рост розничного кредитования на 25–30%.
Не наступило благоденствие и в так называемых странах «арабской весны». Напротив, всемирное продвижение демократии при активном участии главных глобализаторов привело к тяжелым экономическим потрясениям. По данным Арабской организации труда, за минувшие два года в регионе число незанятых выросло на 3 млн человек, до 20 млн. В процентном соотношении уровень безработицы достиг 16%. Это стало следствием закрытия производственной инфраструктуры, снижения объема инвестиций, ухудшения ситуации с безопасностью, застоя в сфере туризма и ослабления экспортных возможностей. Если объединить все происходящее в единое целое, то мозаичное панно событий и фактов во всей красе покажет смысл, логику и порядок действий основных акторов внутри кажущегося хаоса.
«Главным содержанием и целью структурных изменений, определяющих лицо современной мировой экономики, является глобализация, — говорит начальник аналитического отдела ФЦ «Инфина» Александр Иванищев. — На рубеже 2007–2008 годов архитекторами глобализации было принято решение об ускорении этого процесса путем перевода мировой экономики в режим горячей фазы (кризиса). Использование чрезвычайных методов управления дает антикризисным управляющим неоспоримые преимущества для достижения целей глобализации, которые невозможны в обычных (мирных) условиях. К таким преимуществам можно отнести:
— категорический отказ от прежних правил игры (списание старых долгов, банкротство конкурентов);
— бесконтрольная эмиссия дешевой ликвидности для целей поглощения и скупки дешевых активов;
— борьба с суверенитетом или его остатками и ликвидация национальных систем управления в пользу наднациональных структур и др.
Главной целью этих мероприятий является повышение управляемости системы через унификацию и специализацию ее системных элементов в рамках строящейся глобальной структуры «Управляющий Центр — Подконтрольная Периферия».
Таким образом, помимо одной мудрости древних о внутренней логике и порядке любого хаоса следует вспомнить еще одну — «ищи, кому выгодно». А тут и искать не надо.
Глобальный финансовый контроль
События последнего времени показывают: горячая фаза глобализации — это не время размазывания денег по нуждающимся, а время концентрации и упорядочения финансовых потоков в рамках их постановки под глобальный контроль авторов проекта. Как тут не вспомнить старика Киссинджера, единственного человека, занимавшего и пост госсекретаря, и пост советника по национальной безопасности президента США, который еще в середине 1970-х годов, на пике своей официальной карьеры в американских властных структурах, говорил: «Если вы контролируете нефть, вы управляете целыми странами; если вы контролируете продовольствие, вы управляете людьми. Если вы контролируете деньги, вы управляете всем миром». Этот человек, которому 27 мая нынешнего года исполнится 90 лет, по-прежнему остается непререкаемым авторитетом в сфере международных отношений. Нынешняя администрация Белого дома косвенно, а порой и напрямую, пользуется как оперативными, так и долговременными рекомендациями постоянного члена Бильдербергского клуба, близкого друга известного глобалиста и главы «Дома Рокфеллеров» Дэвида Рокфеллера — Генри Киссинджера.
Усилия по созданию системы глобального финансового контроля сопровождались и продолжают сопровождаться различными информационными кампаниями прикрытия. «В последние годы это делалось под лозунгом борьбы с терроризмом с целью ограничения источников его финансирования. В настоящее время решение этой задачи вышло на новый уровень, но уже под лозунгами борьбы с оттоком капиталов (отмена Швейцарией тайны банковских вкладов) и с офшорами (Кипр)», — констатирует Александр Иванищев. В выстраиваемой глобальной структуре не остается места для офшорных окон, через которые осуществляется бесконтрольное движение капиталов, если это происходит за пределами юрисдикции США или Великобритании. Борьба с офшорами была заявлена Обамой в числе первоочередных мер сразу после кризиса 2008 года с благой целью — перекрыть американским корпорациям и гражданам каналы оптимизации налоговых схем и тем самым повысить собираемость налогов. Согласно принятому Закону о налоговой дисциплине (2010 год) США фактически планировали превратить все банки мира во всех странах в налоговых агентов американской налоговой службы (глобальное налоговое ведомство). В феврале прошлого года ряд ведущих европейских партнеров США (Германия, Франция Великобритания, Италия, Испания) приняли Соглашение по совместному проведению данного закона. Как можно судить по ситуации с Кипром, данное соглашение уже находится в стадии практической реализации. По всей видимости, за Кипром могут последовать аналогичные шаги, причем в первую очередь под нож попадут офшоры, не входящие в англосаксонское ядро, делает вывод начальник аналитического отдела ФЦ «Инфина».
О том, что «крестовый поход» против укрывателей доходов и офшоров является не чем иным, как закономерным развитием глобальной экономической системы, говорит и ведущий юрист практики налогового права юридической группы «Яковлев и партнеры» Андрей Фелюст. При этом первопричину кризиса — раздутый «мыльный пузырь» виртуальных спекулятивных денег — искоренять никто не собирается. Задача стоит в другой плоскости: под предлогом борьбы с неоправданно высокими рисками осуществляется упорядочение и постановка под тотальный контроль мировых и региональных банковско-финансовых потоков, кредитных, биржевых и валютных схем и манипуляций. Клапан по надуванию и сдуванию пузырей должен быть только в руках основных выгодополучателей, а не всех кому не лень.
Именно здесь стоит искать тайную пружину той небывалой истерии, которую вызвала инициатива участников прошедшего в марте нынешнего года в южноафриканском Дурбане саммита БРИКС по созданию Банка развития и Резервного фонда группы, по сути, призванных подорвать мировое господство Международного валютного фонда и Всемирного банка. Такие интеграционные идеи, инициативы и шаги не предусмотрены основным сценарием глобализации. Поэтому как только не называла «свободная пресса» на своих страницах дерзких своевольцев: и «оппортунистическим партнерством», и «карточным домиком» (World Politics Review), и «сборной солянкой» (Le Monde), и «съездом разрозненных аномалий» (Financial Times), и «наступающей друг другу на ноги странной пятеркой» (Deutsche Welle), и еще многими разными красноречивыми словами.
Вывод из всего этого можно сделать только один: любые региональные, локальные и мини-глобализационные действия, альтернативные генеральному проекту (отдельно следует выделить — с участием России и особенно Китая), вызывают у главных действующих лиц последнего крайне болезненную реакцию. Будь то создание Единого экономического пространства, Евразийского союза или усилия по сближению в рамках БРИКС. В особенности структурно-финансового сближения. Ведь в условиях, когда благодаря неолиберальноглобализаторскому проекту реальный сектор мировой экономики сужается, а непропорциональные качественные и количественные сдвиги происходят в сторону финансового сектора (туда же перетекают лучшие человеческие, денежные, технологические и прочие ресурсы), прежде всего и в обязательном порядке контролировать нужно именно его.
Деньги заказывают музыку
Все это ведет к трем важнейшим изменениям. Во-первых, благодаря прилагаемым глобализаторами усилиям в данном направлении современная экономика в преобладающей своей части — это уже просто движение денег и отношения людей вокруг и внутри него. Во-вторых, экономика в ее нынешнем виде все больше и необратимее отрывается от хозяйства и начинает доминировать над ним. Здесь необходимо уточнить, что под хозяйством понимается производство продукции, измеряемой количественными показателями и физическими величинами, а следовательно, никакие виртуализации в нем невозможны. Там же, где начинаются деньги, начинается экономика со своими производными: оценщиками, аудиторами, рейтинговыми агентствами, банками, биржами, финансовыми аналитиками, всевозможными игроками цифрами и манипуляторами. Хозяйство может обойтись без денег, будучи натуральным, а обмен производя бартерным способом. Экономика — нет. Исходя из этого, в современных условиях глобализуемая экономика благодаря своим возможностям манипулирования цифрами, изобретению «ценности» и другим, по сути, внешним по отношению к хозяйству элементам воздействия способна как ускорить, так и затормозить развитие национальных хозяйственных систем. Оказывать на них внешне регулирующее воздействие. Имея в руках все ключевые элементы экономического воздействия — от мировой резервной валюты и ее прямой привязки к основному сырью (не будем забывать знаменитую фразу американского министра финансов Джона Коналли о том, что «доллар — это наша валюта и ваша проблема»), до рейтинговых агентств, мировых финансовых центров, биржевых площадок и так далее, можно в значительной степени влиять, а в случае необходимости и откровенно диктовать свою волю национальным хозяйствам и навязывать правила игры мировому рынку.
Наконец, в-третьих, доминирование мировой экономики в ее нынешнем и перспективноглобализованном виде над национальным хозяйством ведет к подмене ценностных ориентиров и нарастанию уродливых явлений, угнетающих и калечащих как национальное хозяйство, так и национальное общество. Так, например, уже сегодня продается многое из того, что прежде было отделено от денег. В том числе части и качества человека, институты, послужившие причиной его эволюции, знания, симпатии, убеждения (в том числе политические) и многое другое.
Что же ждет нас в конечной точке глобализации по сценарию ее нынешних идейных вождей и проводников? Да в общем-то относительно ничего страшного. Клонирование потребителя и «нового человека» — гражданина всемирного информационного пространства и цифрового общества, в котором, правда, придется кому-то делать и черную работу. Эдакий скаутский лагерь. Младшие — строят, готовят, таскают, чистят и пр., старшие и обслуживаемые заняты высокоинтеллектуальным «трудом», а совсем главные вообще за пределами лагеря в режиме видеоконтроля и видеоконференции рулят сообществом «свободных индивидуумов».
Отдельно оговоримся, что демократическое распределение ролей в этом скаутском лагере «свободных индивидуумов» не предусматривается. Они уже распределены. Как говорилось в небезызвестном фильме: «Все уже украдено до вас».
На построение именно такого или очень похожего общества направлена сегодня деятельность огромного количества участников процесса — от неправительственных (но отнюдь не независимых) организаций, до маркетологов, специалистов в области рекламы и PR, медиаиндустрии и т.д. Про политиков и различных деятелей от современной экономики, непосредственно связанных с проектом, говорить не будем, поскольку тут и так все ясно. Попытки сопротивляться или выйти из-под воздействия строящегося глобального порядка, разумеется, встречают и далее — по нарастающей — будут встречать живейший отпор со стороны тех, кто все это затеял и проводит. Вплоть до применения военной силы и пыток. А как же?! Ведь великие проекты без этого еще никогда не обходились.
Прорабы глобализации последовательно ведут мир по «дорожной карте» к конечной точке маршрута — их всемирному доминированию
Накануне весенних мероприятий Международного валютного фонда и Всемирного банка в Вашингтоне лондонская газета Financial Times и институт Брукингса (США) обнародовали результаты своего совместного исследования, посвященного состоянию мировой экономики. Радоваться нечему — констатируют эксперты.
Очередной индекс TIGER (Tracking Indices for the Global Economic Recovery), рассчитываемый совместно FT и институтом Брукингса, показывает, что выздоровление мировой экономики по-прежнему под большим вопросом — и это несмотря на все те усилия, которые совершают центральные банки всего мира в надежде подстегнуть спрос. Мировая экономика «не в состоянии оторваться от земли», считает профессор Эсвар Прасад из института Брукингса. Статистика по итогам первого квартала противоречивая. Ситуация в высшей степени неопределенная. Одним словом, хаос продолжается. Но, как говорили древние, даже в хаосе есть свой внутренний порядок и смысл. По всей видимости, есть свои закономерности и в развитии нынешней кризисной ситуации.
Проект века
«Глобализация затеяна не для того, чтобы заводить друзей или кому-то нравиться». Эти слова, принадлежащие одному из высокопоставленных представителей администрации президента Соединенных Штатов Америки, были произнесены десять лет назад. Однако со временем они не только не потеряли остроты своего содержания, но в свете, контексте и формате кризиса приобрели новые смысловые оттенки.
К глобальной концентрации политико-экономического влияния англосаксонское ядро западного мира стремилось давно. При осуществлении проекта в ход шли самые разные инструменты, обеспечивающие достижение успеха. От неистовой борьбы с революционными и любыми другими инакомыслящими и инакодействующими режимами, ограничивающими расширение «свободных», а по сути дела, жестко контролируемых транснациональными корпорациями рынков, и до создания всевозможных наднациональных и международных структур типа Евросоюза, ВТО, МВФ, Всемирного банка и т.п. Неключевые участники всех этих структур и организаций, разными способами вовлеченные в них, являются лишь азартными игроками, но не получателями главного приза в этой глобальной игре, поскольку «казино всегда выигрывает».
О простых смертных разговор, понятное дело, вообще не идет. Характерный пример. В своей инаугурационной речи, произнесенной на ступенях Капитолия в январе нынешнего года, избранный на второй срок Барак Обама прямо заявил: «Мы должны продвигать демократические ценности от Азии до Африки и от американского континента до Ближнего Востока». Вопросом, хотят ли этого продвижения жители указанных и не указанных регионов, континентов и стран, новый-старый президент США не озаботил ни себя, ни присутствующих. Странно? Совсем нет. Взглянем еще раз на слова представителя администрации Белого дома — и все встанет на свои места. Ведь так называемые «демократические ценности» являются одним из главных «троянских коней», активно используемых для ускорения продвижения глобального проекта. Второй рысак в троянской упряжке — неолиберализм. Ведь неолиберальная теория и практика предусматривают максимальное расширение и углубление процессов либерализации, при которых функции государства (прежде всего экономические, а за ними и все остальные) должны ослабнуть как можно больше. В результате чего государство окажется не в состоянии регулировать свои внутринациональные процессы. А кто тогда будет их регулировать? Правильно — авторы и организаторы глобального проекта.
Для дальнейшего развития и вольготного существования им нужен контроль над основными жизненно важными природными ресурсами, рынками (в первую очередь валютно-финансовыми и сырьевыми), транспортнокоммуникационными артериями, инновационными и творческопоисковыми процессами как в технологической, так и в гуманитарной сфере, элитами, представляющими интересы государств и регионов. Если все происходящее в последние десятилетия рассмотреть через призму данных задач, то многое из случившегося, в том числе и в нашей стране, становится вполне логичным, простым и понятным. А если вслушаться в слова Обамы и посмотреть на последние макроэкономические данные, то и кризис предстает вполне логичной главой глобального бестселлера.
Кто в выигрыше?
«Мы будем действовать, — говорит президент Соединенных Штатов, — для того, чтобы заложить новый фундамент для роста». Для роста кого? Понятное дело не того, кого при помощи штыков или кредитов МВФ интегрируют в глобальный проект. Примеры Ирака, Югославии, Ливии, Сирии и других красноречиво свидетельствуют, в чьих интересах идет процесс и кто получает от него максимальную выгоду.
Евроинтеграция, являющаяся важнейшей составной частью глобального проекта, в меньшей степени, но при тщательном анализе также наглядно демонстрирует основных выгодополучателей. «Есть огромная политическая воля удерживать этот проект, даже если он был изначально ошибочен», — полагает основатель Saxo Bank Ларс Кристенсен. «Уже сейчас часть важнейших решений принимается без всяких голосований, принимается людьми, которых никто не выбирал. Европа движется в очень плохом направлении, в направлении полутоталитарного общества. Это происходит под лозунгом «Больше ЕС, больше единой Европы, которую надо защитить любой ценой». Это определенно не работает, но политики продолжают делать то, что не работает. У них один ответ на все: нужно делать больше. Они делают больше, но от этого всем становится хуже», — делает вывод господин Кристенсен.
Очевидно не всем, иначе бы не делали. Да и ошибочен ли проект — это с чьей точки зрения смотреть. Возьмем, к примеру, те же США, которые, кстати сказать, отчего-то ни разу официально и жестко не покритиковали европейских интеграторов, что бы те ни предпринимали и насколько антирыночно и антидемократично бы это ни выглядело. Они на фоне всего происходящего в объединенной Европе чувствуют себя совсем даже неплохо. Так, совокупный объем прибыли американских компаний по итогам 2012 года составил 12,4% относительно ВВП США, что является рекордным максимумом за последние 70 лет. И это не случайный, «одноразовый» успех, а поступательное движение. В 2011 году показатель достигал рекордной отметки 12,1%.
Еще два любопытных примера. 12 апреля нынешнего года крупнейший в США банк по размеру активов JPMorgan Chase & Co. объявил о том, что его чистая прибыль по итогам первого квартала выросла на 32,6% и составила 6,529 млрд долларов. И это тоже не вдруг. Банк демонстрирует позитивные результаты третий год подряд. Рекордную чистую прибыль по итогам прошлого года получило и одно из крупнейших американских ипотечных агентств Fannie Mae, действия которого вместе с Freddie Mac «неожиданно для всех» привели к надуванию «пузыря» на рынке недвижимости, который взорвался в 2007 году и привел впоследствии к глобальному финансовому кризису. Она составила 17,2 млрд долларов. Заметим, эти две крупнейшие «конторы» ничего не производят, а общий и частный рекордный прибыльный рост идет на фоне активных разговоров о трудностях и медленности восстановления американской экономики. Причем представители официального Вашингтона эти разговоры не то что никак не пресекают или опровергают, но и как будто сами инициируют, остужая пыл национально ориентированных, радикально настроенных на борьбу с кризисом функционеров, экономистов и общественных деятелей в других странах. Реально же, по словам старшего аналитика Национального рейтингового агентства Максима Васина, «американские компании сейчас довольно сильны и не испытывают проблем ни с инвестициями, ни с кредитной нагрузкой, ни с ростом рентабельности». Это признает и Минэкономразвития РФ. В опубликованном 1 апреля мониторинге министерство констатирует: «США укрепляются как лидер роста». Иностранцы скупают гособлигации США рекордными темпами. Согласно опубликованной в середине апреля статистике минфина Соединенных Штатов, сейчас у них на руках американских долговых бумаг на 5 трлн 660 млрд долларов. Это, как и прибыли компаний, — исторический максимум.
А кто в проигрыше?
В то же самое время еврозона остается эпицентром нестабильности, Китай, борясь со все новыми перекосами, заметно притормаживает (рост экономики КНР замедлился в первом квартале до 7,7% в годовом исчислении с 7,9% в четвертом квартале 2012 года), Япония пытается малопродуктивными финансовыми инъекциями завести свою экономику, Южная Корея идет тем же путем, выделяя 15,4 млрд долларов на поддержку растущей самыми медленными темпами с 2009 года экономики, Россия все больше скатывается в рецессию.
«Мы пока еще не в рецессии, но можем туда попасть. Риск такой есть. Я думаю, к осени, если роста не будет», — заявил в апреле министр экономического развития Андрей Белоусов. Темпы роста промышленного производства замедляются (а в последние месяцы стали отрицательными), кредитная и инвестиционная активность сжимается, а макроэкономическая картина в российской экономике в последнее время вынуждает проводить определенные параллели с критической ситуацией, в которой оказались экономика и фондовый рынок на рубеже 2008–2009 годов. Негатива добавляют дешевеющая нефть и отток как отечественного капитала, так и средств международных фондов, ориентированных на инвестиции в Россию. Основными действующими лицами на рынке российских акций по-прежнему остаются краткосрочные спекулянты. Граждане страны все больше залезают в долги. Их общая задолженность перед банками уже достигла 7 трлн 700 млрд рублей. Четвертая часть всех трат россиян осуществляется за счет кредитов. Глобализация по написанному в далеких пределах и «спущенному сверху» сценарию делает свое дело. Жить в долг становится нормой. Вопросом, что будет дальше, похоже, никто особенно себя не утруждает. Между тем если накопившуюся и продолжающую расти сумму задолженности разделить на все трудоспособное население страны, то получится, что каждый из нас уже должен банкам по 100 тыс. рублей. И это далеко не предел. Центробанк прогнозирует в этом году рост розничного кредитования на 25–30%.
Не наступило благоденствие и в так называемых странах «арабской весны». Напротив, всемирное продвижение демократии при активном участии главных глобализаторов привело к тяжелым экономическим потрясениям. По данным Арабской организации труда, за минувшие два года в регионе число незанятых выросло на 3 млн человек, до 20 млн. В процентном соотношении уровень безработицы достиг 16%. Это стало следствием закрытия производственной инфраструктуры, снижения объема инвестиций, ухудшения ситуации с безопасностью, застоя в сфере туризма и ослабления экспортных возможностей. Если объединить все происходящее в единое целое, то мозаичное панно событий и фактов во всей красе покажет смысл, логику и порядок действий основных акторов внутри кажущегося хаоса.
«Главным содержанием и целью структурных изменений, определяющих лицо современной мировой экономики, является глобализация, — говорит начальник аналитического отдела ФЦ «Инфина» Александр Иванищев. — На рубеже 2007–2008 годов архитекторами глобализации было принято решение об ускорении этого процесса путем перевода мировой экономики в режим горячей фазы (кризиса). Использование чрезвычайных методов управления дает антикризисным управляющим неоспоримые преимущества для достижения целей глобализации, которые невозможны в обычных (мирных) условиях. К таким преимуществам можно отнести:
— категорический отказ от прежних правил игры (списание старых долгов, банкротство конкурентов);
— бесконтрольная эмиссия дешевой ликвидности для целей поглощения и скупки дешевых активов;
— борьба с суверенитетом или его остатками и ликвидация национальных систем управления в пользу наднациональных структур и др.
Главной целью этих мероприятий является повышение управляемости системы через унификацию и специализацию ее системных элементов в рамках строящейся глобальной структуры «Управляющий Центр — Подконтрольная Периферия».
Таким образом, помимо одной мудрости древних о внутренней логике и порядке любого хаоса следует вспомнить еще одну — «ищи, кому выгодно». А тут и искать не надо.
Глобальный финансовый контроль
События последнего времени показывают: горячая фаза глобализации — это не время размазывания денег по нуждающимся, а время концентрации и упорядочения финансовых потоков в рамках их постановки под глобальный контроль авторов проекта. Как тут не вспомнить старика Киссинджера, единственного человека, занимавшего и пост госсекретаря, и пост советника по национальной безопасности президента США, который еще в середине 1970-х годов, на пике своей официальной карьеры в американских властных структурах, говорил: «Если вы контролируете нефть, вы управляете целыми странами; если вы контролируете продовольствие, вы управляете людьми. Если вы контролируете деньги, вы управляете всем миром». Этот человек, которому 27 мая нынешнего года исполнится 90 лет, по-прежнему остается непререкаемым авторитетом в сфере международных отношений. Нынешняя администрация Белого дома косвенно, а порой и напрямую, пользуется как оперативными, так и долговременными рекомендациями постоянного члена Бильдербергского клуба, близкого друга известного глобалиста и главы «Дома Рокфеллеров» Дэвида Рокфеллера — Генри Киссинджера.
Усилия по созданию системы глобального финансового контроля сопровождались и продолжают сопровождаться различными информационными кампаниями прикрытия. «В последние годы это делалось под лозунгом борьбы с терроризмом с целью ограничения источников его финансирования. В настоящее время решение этой задачи вышло на новый уровень, но уже под лозунгами борьбы с оттоком капиталов (отмена Швейцарией тайны банковских вкладов) и с офшорами (Кипр)», — констатирует Александр Иванищев. В выстраиваемой глобальной структуре не остается места для офшорных окон, через которые осуществляется бесконтрольное движение капиталов, если это происходит за пределами юрисдикции США или Великобритании. Борьба с офшорами была заявлена Обамой в числе первоочередных мер сразу после кризиса 2008 года с благой целью — перекрыть американским корпорациям и гражданам каналы оптимизации налоговых схем и тем самым повысить собираемость налогов. Согласно принятому Закону о налоговой дисциплине (2010 год) США фактически планировали превратить все банки мира во всех странах в налоговых агентов американской налоговой службы (глобальное налоговое ведомство). В феврале прошлого года ряд ведущих европейских партнеров США (Германия, Франция Великобритания, Италия, Испания) приняли Соглашение по совместному проведению данного закона. Как можно судить по ситуации с Кипром, данное соглашение уже находится в стадии практической реализации. По всей видимости, за Кипром могут последовать аналогичные шаги, причем в первую очередь под нож попадут офшоры, не входящие в англосаксонское ядро, делает вывод начальник аналитического отдела ФЦ «Инфина».
О том, что «крестовый поход» против укрывателей доходов и офшоров является не чем иным, как закономерным развитием глобальной экономической системы, говорит и ведущий юрист практики налогового права юридической группы «Яковлев и партнеры» Андрей Фелюст. При этом первопричину кризиса — раздутый «мыльный пузырь» виртуальных спекулятивных денег — искоренять никто не собирается. Задача стоит в другой плоскости: под предлогом борьбы с неоправданно высокими рисками осуществляется упорядочение и постановка под тотальный контроль мировых и региональных банковско-финансовых потоков, кредитных, биржевых и валютных схем и манипуляций. Клапан по надуванию и сдуванию пузырей должен быть только в руках основных выгодополучателей, а не всех кому не лень.
Именно здесь стоит искать тайную пружину той небывалой истерии, которую вызвала инициатива участников прошедшего в марте нынешнего года в южноафриканском Дурбане саммита БРИКС по созданию Банка развития и Резервного фонда группы, по сути, призванных подорвать мировое господство Международного валютного фонда и Всемирного банка. Такие интеграционные идеи, инициативы и шаги не предусмотрены основным сценарием глобализации. Поэтому как только не называла «свободная пресса» на своих страницах дерзких своевольцев: и «оппортунистическим партнерством», и «карточным домиком» (World Politics Review), и «сборной солянкой» (Le Monde), и «съездом разрозненных аномалий» (Financial Times), и «наступающей друг другу на ноги странной пятеркой» (Deutsche Welle), и еще многими разными красноречивыми словами.
Вывод из всего этого можно сделать только один: любые региональные, локальные и мини-глобализационные действия, альтернативные генеральному проекту (отдельно следует выделить — с участием России и особенно Китая), вызывают у главных действующих лиц последнего крайне болезненную реакцию. Будь то создание Единого экономического пространства, Евразийского союза или усилия по сближению в рамках БРИКС. В особенности структурно-финансового сближения. Ведь в условиях, когда благодаря неолиберальноглобализаторскому проекту реальный сектор мировой экономики сужается, а непропорциональные качественные и количественные сдвиги происходят в сторону финансового сектора (туда же перетекают лучшие человеческие, денежные, технологические и прочие ресурсы), прежде всего и в обязательном порядке контролировать нужно именно его.
Деньги заказывают музыку
Все это ведет к трем важнейшим изменениям. Во-первых, благодаря прилагаемым глобализаторами усилиям в данном направлении современная экономика в преобладающей своей части — это уже просто движение денег и отношения людей вокруг и внутри него. Во-вторых, экономика в ее нынешнем виде все больше и необратимее отрывается от хозяйства и начинает доминировать над ним. Здесь необходимо уточнить, что под хозяйством понимается производство продукции, измеряемой количественными показателями и физическими величинами, а следовательно, никакие виртуализации в нем невозможны. Там же, где начинаются деньги, начинается экономика со своими производными: оценщиками, аудиторами, рейтинговыми агентствами, банками, биржами, финансовыми аналитиками, всевозможными игроками цифрами и манипуляторами. Хозяйство может обойтись без денег, будучи натуральным, а обмен производя бартерным способом. Экономика — нет. Исходя из этого, в современных условиях глобализуемая экономика благодаря своим возможностям манипулирования цифрами, изобретению «ценности» и другим, по сути, внешним по отношению к хозяйству элементам воздействия способна как ускорить, так и затормозить развитие национальных хозяйственных систем. Оказывать на них внешне регулирующее воздействие. Имея в руках все ключевые элементы экономического воздействия — от мировой резервной валюты и ее прямой привязки к основному сырью (не будем забывать знаменитую фразу американского министра финансов Джона Коналли о том, что «доллар — это наша валюта и ваша проблема»), до рейтинговых агентств, мировых финансовых центров, биржевых площадок и так далее, можно в значительной степени влиять, а в случае необходимости и откровенно диктовать свою волю национальным хозяйствам и навязывать правила игры мировому рынку.
Наконец, в-третьих, доминирование мировой экономики в ее нынешнем и перспективноглобализованном виде над национальным хозяйством ведет к подмене ценностных ориентиров и нарастанию уродливых явлений, угнетающих и калечащих как национальное хозяйство, так и национальное общество. Так, например, уже сегодня продается многое из того, что прежде было отделено от денег. В том числе части и качества человека, институты, послужившие причиной его эволюции, знания, симпатии, убеждения (в том числе политические) и многое другое.
Что же ждет нас в конечной точке глобализации по сценарию ее нынешних идейных вождей и проводников? Да в общем-то относительно ничего страшного. Клонирование потребителя и «нового человека» — гражданина всемирного информационного пространства и цифрового общества, в котором, правда, придется кому-то делать и черную работу. Эдакий скаутский лагерь. Младшие — строят, готовят, таскают, чистят и пр., старшие и обслуживаемые заняты высокоинтеллектуальным «трудом», а совсем главные вообще за пределами лагеря в режиме видеоконтроля и видеоконференции рулят сообществом «свободных индивидуумов».
Отдельно оговоримся, что демократическое распределение ролей в этом скаутском лагере «свободных индивидуумов» не предусматривается. Они уже распределены. Как говорилось в небезызвестном фильме: «Все уже украдено до вас».
На построение именно такого или очень похожего общества направлена сегодня деятельность огромного количества участников процесса — от неправительственных (но отнюдь не независимых) организаций, до маркетологов, специалистов в области рекламы и PR, медиаиндустрии и т.д. Про политиков и различных деятелей от современной экономики, непосредственно связанных с проектом, говорить не будем, поскольку тут и так все ясно. Попытки сопротивляться или выйти из-под воздействия строящегося глобального порядка, разумеется, встречают и далее — по нарастающей — будут встречать живейший отпор со стороны тех, кто все это затеял и проводит. Вплоть до применения военной силы и пыток. А как же?! Ведь великие проекты без этого еще никогда не обходились.
...
Таки жениться на молоденькой или всё же придерживаться традиционных ценностей?
... ты у нас, вроде, не монархист.
Это Путин - президент, а не директор пивзавода, и поэтому его решение говорит о том, что эта женщина - не простая любовница. Возможно, там тоже есть дети.
